- Ну так как, принимается, значит, это предложение? - спрашивает Козырев.

Собравшиеся одобрительно кивают головами.

А в зал в сопровождении Лаврентьева и нескольких старушек входит отец Никанор. У него совсем еще молодое, добродушное лицо, жиденькая бородка и длинные русые волосы. Корнелий жестом гостеприимного хозяина приглашает его вперед, но батюшка снимает соломенную шляпу и скромно садится в задних рядах.

- Прошу задавать вопросы, - предлагает Корнелий и поясняет, обращаясь к отцу Никанору: - Мы тут решили из-за малочисленности собравшихся вместо скучной лекции, как остроумно заметил один из присутствующих здесь граждан, провести беседу на вольную тему.

- Вы только, пожалуйста, не обижайтесь на этого дачника, - шепчет Корнелию Козырев, кивая на Вадима. - Дачники - они народ хамоватый.

- У меня есть вопрос, - поднимается со своего места Колокольчиков. Тут ведь собрался в основном народ молодой и в бога все равно не верящий, а батюшку и старушек разубеждать в этом явно бессмысленно, поэтому давайте договоримся не требовать от товарища лектора доказательств того, что бога нет. В том случае, конечно, если батюшка не докажет нам, что он есть.

- Простите, товарищ, не знаю вашей фамилии, - обращается Корнелий к Колокольчикову. - Давайте сначала договоримся не оскорблять священника. Времена грубой антирелигиозной пропаганды, как вы знаете...

- Да что вы, товарищ лектор! - испуганно восклицает Колокольчиков. - Я и не думал... В крайнем случае могу и извиниться...

- Что вы, что вы! - испуганно простирает руки вперед отец Никанор. Не надо мне никаких извинений! Молодой человек ничем меня не оскорбил. А доказывать вам существование бога я не собираюсь. Доказать это, к сожалению, так же нелегко, как и опровергнуть его существование.

- Ну, так позвольте мне тогда продолжить мой вопрос, - просит Колокольчиков. - Вот что хотелось бы нам узнать у товарища лектора: правда ли, что великий русский физиолог Иван Петрович Павлов был верующим?