- Но у вас нет на это прав!

- Да, может быть, - кивнул Захария. - Но мы пришли, попросили, и теперь ждем ответа.

- Я дам его, - Джон поднял Библию еще выше, и на ее кожаном переплете блеснул огонь камина. - Вам нужно ЭТО, а не моя жена.

- Мистер Крикмор, - сказал Захария, - вы не поняли. Я - чипенский священник.

У Джона отвисла челюсть. Кровь отхлынула от его лица, а Библия медленно опустилась вниз.

- Священник? - эхом откликнулся он. - И вы... вы тоже видели эту штуку?

- Я видел, - сказал Стентон и быстро перевел взгляд на огонь. - О, да, я ее видел. Не очень ясно и недостаточно близко... но видел ее.

Последовала долгая пауза, лишь огонь потрескивал в камине, да ноябрьский ветер тихо напевал на крыше. Рамона, скрестив руки на животе, качалась в кресле и смотрела на Джона.

- Так что, - произнес священник, - мы не хотели приезжать сюда. Но это... это нечестиво - не пытаться сделать хоть что-нибудь. Я сделал все, что смог, а смог я, как понимаю, очень мало. Как я сказал, есть люди, которые знают о вашей жене. Благодаря им мы и узнали о ней. Я молил Бога об этом, хотя, видит Бог, не понимаю этого, но однако мы пришли сюда и попросили. Вам понятно, мистер Крикмор?

Джон вздохнул и со стиснутыми челюстями и хмурым взглядом снова уселся на стул.

- Нет. Совершенно не понятно.

Но теперь его внимание было приковано к жене в ожидании ее реакции. Библия холодила его руки как металлический щит.

- Такого не может быть, - сказал он. - Никогда не бывало. Никогда не будет.

Рамона слегка повернула голову в его сторону, и ее изящный профиль четко очертился на фоне огня. Двое мужчин ждут, они проделали долгий путь холодным утром из-за реальной необходимости и теперь должны получить ответ.

- Пожалуйста, оставьте нас на несколько минут вдвоем, - обратилась она к священнику.

- Конечно, мэм. Мы выйдем и подождем в грузовике.