Он обратился к наставнику. Артемидор пожал плечами и ответил с лаконичностью римлянина, а не грека: «Multum numen». «Много чего?» не понял Диркот. Артемидор объяснил ему, что «нумен» у римлян означает некую безличную сверхъестественную силу, присущую богам. Понемногу эта сила присуща всем живым существам, в том числе, конечно, и людям. Но в разных количествах. У одних ее совсем мало, у других побольше. На арене амфитеатра побеждает тот, у кого сильнее мышцы. На жизненной арене возвышается тот, у кого больше нумен. Если человека Фортуна возносит на самый верх, значит у него много нумен, этой таинственной, могучей потенции. Есть понятие «Numen imperatorum» — божественность императоров. Это означает, что императоры по количеству нумен приближаются к богам. Римские легионы побеждают не потому что варвары менее храбры или плохо владеют оружием, а потому что у римлян больше нумен и боги на их стороне.

Еще Артемидор добавил, что на его взгляд близкое к нумен понятие есть у стоиков — оно называется «пневма». Это некое одушевляющее начало, пронизывающее тело мира. Да наверно и Гераклит из Эфеса, почитавший огонь как разумную живую силу, понимал под своим огненным логосом — «огнелогосом» — нечто подобное.

«Так что», спросил Диркот, «ежели познать суть этой силы и постичь способы управления ею, то, стало быть, можно накопить ее побольше и покорить весь мир?»

Артемидор весело рассмеялся, что случалось с ним очень не часто. «Может быть, юноша, ты захочешь еще и природу богов постичь, дабы управлять ими и отдавать им приказания? Количеством нумен боги одаряют человека при рождении и ничего ты тут не изменишь.»