Именно оживление, а не полномасштабное воскрешение, поскольку последнее является полным восстановлением жизненных сил покойника божественным способом, включая возвращение души. Чего, как ты сама прекрасно понимаешь, никак не может сделать обыкновенный земной маг. Вот почему я ни за что не стал бы воскрешать твою собачку. Не думаю, что тебе было бы приятно видеть, как по квартире бегает кажущийся живым, но при этом — абсолютно дохлый пес.

— Да, действительно, — поежилась София. — Об этом я как-то не подумала…

— К тому же, — сдвинув брови, Киреев сделал эффектную паузу, — ожившие люди и животные, как правило, очень агрессивны. Все, что ты видела в американских "ужастиках" — почти стопроцентная правда.

— Ой, да я их почти не смотрю, — улыбнулась женщина. — Но я поняла, о чем ты. Кусаются они, да?

— Да, — скорчив страшную рожу, Егор откусил кусочек йони. — И все более — насмерть.

— А ты складно рассказываешь, — сделав глоток апельсинового сока, произнесла София. — Даже как-то… верится во все это.

— Учителя хорошие были, — иронично произнес Егор.

— Понимаю. Должно быть, ты учился в Академии?

— Откуда ты знаешь про Академию? — совершенно искренне удивился некромант.

— Ну как же? Это ведь все знают. Каждый маг научился тому, что умеет, в какой-нибудь волшебной Академии. Стоит она где-нибудь далеко от населенных областей, в лесу или в горах, и для простых смертных дорога туда закрыта. Об этом и книжки пишут, и фильмы снимают. Никакой тайны.

А Киреев подумал уж было, что собеседница лишь прикидывается обычной человеческой женщиной. Впрочем, определенного рода магия в ней, безусловно, присутствовала. Магия бездонных зеленых глаз…

— Ты не такой, как другие, — промолвила София, проводя изящным розовым ноготком по ободку своего стакана.

"Это уж точно", — внутренне усмехнулся Егор. Будь он пьян, как еще несколько минут назад, непременно произнес бы эту фразу вслух, после чего отношения с рыжеволосой чаровницей могли дать трещину.