Ведь это вроде как на охоте: чтобы вспугнуть птиц, нужна хорошая собака, однако только охотник, идущий по следу собаки, может удержать ее от зряшной траты времени на погоню за кроликами. А для этого охотник должен знать обо всем не меньше, чем сама собака.
Я не хочу сказать этим ничего, что умалило бы достоинство ученых. Ни в коем случае! Мы собрали под своим крылышком всех гениев в данной области, которых только можно было найти в Соединенных Штатах – питомцев Чикагского, Колумбийского, Корнельского университетов, Массачусетского технологического, Калифорнийского технологического, Беркли, – вытащили их из всевозможных лабораторий, где они работали с радиоактивными элементами, да еще прихватили парочку выдающихся атомщиков, одолженных Англией. И эта публика располагала любыми приборами, которые только могла придумать и которые можно было соорудить за деньги. Пятисоттонный циклотрон, первоначально предназначавшийся Калифорнийскому университету, достался нам, но и он уже казался устаревшим в сравнении с теми новыми приборами, которые эти умники придумали, запросили и получили. Канада снабжала нас любым количеством урана – тоннами этого опасного сырья, добытого на берегах Большого Медвежьего озера, неподалеку от Юкона; технология же выделения урана 235 из более распространенного изотопа урана 238 уже была разработана той же группой исследователей из Чикагского университета, которые ранее изобрели более дорогой масс-спектрографический метод.
Кто-то в правительстве Соединенных Штатов уже довольно давно усек ужасные возможности, таящиеся в уране 235, и еще летом 1940 года все американские атомщики были взяты на учет и с них потребовали подписку о соблюдении секретности.