Гарс привычно отыскал в небе ковш Большой Медведицы, а потом — Полярную звезду. Потом у него возникло иррациональное ощущение, что мерцающие огоньки на небесном бархате — вовсе не звезды, а глаза неизвестных существ, жадно наблюдающих за ним и за этой обильно освещенной фонарями улицей. Он передернул плечами и вернулся в дом.

Спать, однако, не хотелось, и Гарс запустил транспьютер, стоявший в углу гостиной. Он был таким же древним, как все прочие вещи в их домике. Установить, сколько транспьютеру лет, было невозможно, но, слава богу, он работал без сбоев. Пока аппарат тестировал свое нутро, Гарс с опаской прислушивался к его жужжанию. Было даже страшно представить, что когда-нибудь одна из молекулярных схем выйдет из строя, и тогда он, Гарс, останется без связи. Нет, в принципе, можно будет, конечно, воспользоваться общественным терминалом — но тот подключен только к Информарию, а значит, с возможностью переговоров со своими давними абонентами по голосвязи или просто по радиомодему придется распрощаться. Или каждый раз придется клянчить аппарат у кого-нибудь на ночь, но кто захочет постоянно ссуживать такую драгоценную вещь Гареу? Почти всем транспьютер нужен в качестве орудия труда или средства развлечения, разве что огороднику Киму или спортсмену Свану он без пользы, но у них есть жены и дети, которые играют в разные игры, участвуют в виртуальных конкурсах и часами болтают ни о чем с подружками, живущими в других Оазисах, — как будто им местных пересудов мало!

Нет если не дай бог агрегат прикажет долго жить, то это будет равносильно тому, что ты, ослепнув и оглохнув, останешься совсем один, и тогда не с кем будет поделиться планами и замыслами и не от кого будет почерпнуть опыта, и никто не сможет понять безумную страсть, сжигающую тебя изнутри с каждым днем все больше и больше…