Франц пересел на место водителя. Как только "фольксваген" тронулся, я понял, почему деловой, уравновешенный мистер М. вызвался вести машину по горной дороге. Франц не пытался вести старый "фольксваген" как спортивный автомобиль, но то, как он им управлял, напоминало именно эту манеру.

Он размышлял вслух:

- Единственное, что не дает мне покоя - почему Эд Мортенсон не видел Этого? Если, конечно, "видеть" - правильное слово.

Наконец-то я определился относительно фамилии мистера М. Это казалось небольшим триумфом.

Вики сказала:

- Мне кажется, я знаю одну из возможных причин мистер Кинцман. Он не едет туда, куда едем мы.

II

Представьте себе южноамериканского паука птицееда, воплотившегося в человеческое обличье и наделенного почти человеческим разумом, и тогда у вас возникнет представление об ужасе, внушаемом этим отвратительным образом

М. Р. Джеймс "Альбом каноника Альберика".

Рим-Хауз находился в двух милях от дома мистера Мортенсона и располагался ниже дороги на склоне горы или, точнее сказать, скалы. К дому вела узкая подъездная дорога с бордюром из дикого камня, окрашенным в белый цвет. А сразу за ним начинался почти вертикальный обрыв высотой более сотни футов. С другой стороны был каменистый склон горы, местами покрытый растительностью, который отделял ее от горной дороги, резко вздымавшейся на этом участке вверх.

Где-то через сотню ярдов подъездная дорога расширялась и переходила в небольшое узкое горное плато или террасу, на которой и находился Рим-Хауз, занимавший около половины всего имеющегося пространства. Франц, ехавший вначале уверенно и быстро, притормозил "фольксваген", как только впереди появился дом, и таким образом мы могли рассмотреть открывшийся перед нами вид, пока медленно съезжали вниз.

Дом стоял на самом краю террасы, и обрыв здесь был даже круче, чем со стороны подъездной дороги На горном склоне находившемся на расстоянии двух футов от дома, виднелся большой участок невозделанной земли правильной геометрической формы, напоминавший чешуйку огромной коричневой шишки.