Еще несколько секунд все мы смотрели, дрожащими каракулями описывая свои впечатления и ощущая внутренний трепет. По крайней мере, я знал, что я содрогнулся в какой-то момент, хотя не смог ни на секунду отвести глаз.

Затем для меня вершина внезапно стала голой. Я подумал, что то же, вероятно, показалось и другим, так как плечи их ссутулились, а Вики напряженно выдохнула.

Какое-то время мы молчали, тяжело дыша, а затем принялись читать, передавая листки по кругу Все записи имели очень неряшливый вид, как обычно и бывает, если не смотришь на то, что-пишешь, но помимо этого, особенно в записях Вики и моих собственных, в дрожи писавших пальцев ощущался страх.

Вики Квин: "Черный тигр, ярко горящий. Слепящий мех - или лоза. Клейкость".

Франц Кинцман: "Черная императрица. Сверкающий плащ из нитей. Визуальный клей".

Я (Глен Сибери): "Гигантский паук. Черный маяк. Паутина. Притяжение взгляда"

Мистер М., чей почерк был самым твердым: "Я ничего не вижу. Кроме трех людей, уставившихся на голую серую скалу так, словно это врата ада".

Именно мистер М. первым поднял глаза. Наши взгляды встретились. Губы его искривились в подобии улыбки, которая выглядела кислой и неуверенной.

Немного погодя он сказал:

- Вы, конечно же, хорошо загипнотизировали своих молодых друзей, мистер Кинцман.

Франц спокойно спросил:

- Эд, вы объясняете то, что произошло, или то, что мы думаем, что это произошло, гипнотической суггестией?

Тот пожал плечами.

- А чем же еще? - спросил он уже более весело - У вас есть другое объяснение, Франц? Что-нибудь, что объяснило бы, почему это не сработало со мной?

Франц заколебался. Мне очень хотелось знать, предчувствовал ли он, что Это приближается (мне, по крайней мере, казалось, что он мог предчувствовать Это), и как он мог знать об этом, и случалось ли с ним раньше что-либо подобное. Объяснять происшедшее гипнозом было бы полным вздором.