08.00 — истребители обстреляли аэродромы

08.05 — горизонтальные бомбардировщики атаковали линкоры.

Как происходила эта атака, мы расскажем отдельно, но в целом моряки сумели выдержать график, хотя и не по своей вине.

Зато дипломаты опростоволосились, причем в первую очередь — сам министр иностранных дел Японии Того. Он запретил для перепечатки сверхсекретного документа использовать машинисток, не подумав: а как именно будут перепечатывать 22 страницы сами дипломаты? Дальше допустила прокол шифровальная служба посольства, которая работала в обычном графике. 6 декабря были расшифрованы только 5 частей ноты, остальное отложили на 7 декабря, причем работа началась только в 10.00. И лишь в 11.30 шифровальщики с ужасом прочитали, что ноту требуется вручить в 13.00. Об этом немедленно был извещен посол Номура, но время было упущено.

Первый секретарь посольства Окамура, тюкая по клавишам двумя пальцами, кое-как перепечатывал ноту. Лишь к 12.00 он справился с 13 частями, а шифровальщики так и не передали ему последнюю. Тогда Окамуре вздумалось просмотреть, что он натворил, и не в меру аккуратный дипломат принялся перепечатывать те страницы, где было больше всего помарок. В результате нота была готова лишь в 13.50. Номура и Курусу уже были вынуждены просить о переносе встречи с 13.00 на 13.45, но, как нетрудно догадаться, они опоздали. Они прибыли в госдеп в 14.05, но Хэлл демонстративно продержал послов в приемной еще 15 минут и принял только в 14.20. К этому времени уже было известно о нападении на Пирл-Харбор, что и дало Хэллу возможность гордо заявить: «За все мои 50 лет государственной службы я никогда не видел документа, преисполненного такими гнусными извращениями и ложью».

Все вроде бы нормально — опоздали вручить ноту с объявлением войны. Однако давайте еще раз обратимся к тексту документа: где оно, объявление войны? Его нет!!! Еще раз цитируем дословно: «Невозможно достичь соглашения путем переговоров».