Вместе с умственно отсталыми оказалось много детей с нормальным мозгом, поскольку они не могли никому сказать о том, что там, за этими незрячими глазами, скрываются они. Они не прошли обойму тактильных тестов, не сознавая, что когда их под тиканье часов их просят вставлять круглые затычки в круглые отверстия, [намек на английскую идиому: square peg for round hole (квадратная затычка для круглого отверстия, т.е. что-то неподходящее) ] решается их судьба. В результате они проводили в кроватях всю оставшуюся жизнь, и никто из них тоже не жаловался. Для того, чтобы протестовать, надо сознавать, что есть возможность чего-то лучшего. Кроме того, нелишне владеть каким-то языком.

Оказалось, что у нескольких сотен из этих детей интеллект в пределах нормы. Истории о них появились в печати, когда они сделались подростками и выяснилось, что не хватает хороших людей для того, чтобы должным образом обращаться с ними. Затратили деньги, подготовили учителей. Финансы на образование должны были выделяться в течение определенного времени, пока дети не вырастут, а потом обстоятельства должны вернуться к нормальным и все смогут поздравить друг друга с тем, что справились с трудной задачей.

И в самом деле, это удалось сделать вполне успешно. Есть способы общаться с такими детьми и обучать их. Для этого требуются терпение, любовь и целеустремленность, а учителя вносили все это в свой труд. Всех выпускников специальных школ обучили языку жестов. Некоторые из них могли разговаривать. Несколько умели писать. Большинство из них покинуло свои заведения для того, чтобы жить с родителями или родственниками; или, если это было невозможно, советники помогали им вписаться в общество. Возможности у них были ограничены, но люди могут вести полноценную жизнь, несмотря на самые серьезные увечья. Не все — но большинство выпускников — были вполне довольны своей участью, как и следовало ожидать. Некоторые достигли почти той же умиротворенности святых, как и их образец — Хелен Келлер. Другие превратились в ожесточившихся и замкнутых. Нескольких пришлось поместить в психиатрические лечебницы, где они сделались неотличимыми от тех из них, кто провел там по двадцать лет. Но в основном они достигли успеха.