"А они мне верят, - с внезапной радостью отметил он. - Теперь-то уж точно - верят!"

Он, наконец, поднялся и неловко перебрался за стол. Дети неотрывно следили за ним.

Батюшки, с отчаянием сообразил он, да они и впрямь ждут от меня чуда!..

Он машинально оглядел поверхность стола.

Кроме рукописей - ничего.

Он поворошил рукой бумаги. И под ними пусто...

Впрочем, этого и следовало ожидать. Все в полном соответствии с законами природы. Или с тем, что мы привыкли так именовать... Другого пока нет. Для объяснений нужно время. Нужно время... Сколько?

- Вот что, ребятки, - медленно произнес Клевцов, - я до чертиков хочу пить. Сбегайте кто-нибудь, наколите льда. Ладно? Мне до вечера надо еще много написать...

- А нам будет подарок на Новый год? - вдруг спросил самый младший.

Клевцов безучастно, словно не понимая, о чем речь, посмотрел на него.

- Ну да! - наконец спохватился он. - До вечера еще нескоро. Погодите.

А чего, собственно, он ждал? Во что верил сам? Конечно, Дед Мороз - так мило... И эти странные видения в бреду - занятны, спору нет... Но есть еще работа. И голод, холод и тоска - твои бы только, ладно, но эти трое - им за что страдать!.. Вот уж нелепость!..

- Ну, все, - повторил он, замерзшими пальцами беря огрызок карандаша, бегите наколите льда. И до вечера будем работать. Вы ведь тоже без дела не умеете сидеть? Верно?

...Когда фитиль почти истлел и только призрачное сияние распространял вокруг себя, так что буквы в словах и сами слова слились в сплошные, смутно различимые полосы на бумаге, Клевцов глянул на часы.

Одиннадцать вечера... Еще час - и сегодняшний день отлетит в пустоту.

Что потом?

Дети спали в углу на старом матрасе, тесно прижавшись друг к другу под узким шерстяным одеялом. Вероятно, они видели сны. Добрые сны. Под Новый год все становится добрым и до чудесного простым...