Малинина присела на табурет. Все-таки она устала. Ночью не удалось уснуть, в вагоне было тесно и душно. Потом с километр тащила свой багаж по поселку. Хотелось лечь, растянуться хоть на полу. Люба еще раз придирчиво оглядела посветлевшую комнату. Вдруг она увидела свисающую с потолка паутину. Мигом вскочила на стул, но дотянуться не смогла. Тогда, боязливо покосившись на дверь, она забралась на шкаф и, стоя на коленях, протянула руку, чтобы смахнуть паутину.

— Вам помочь? — раздался за ее спиной мужской голос.

«Кузин»! — пронеслось в ее голове. Она вздрогнула, оглянулась и, потеряв равновесие, покачнулась.

В то же мгновенье сильные руки подхватили ее и опустили на пол. Малинина протестующе оттолкнулась и увидела перед собою высокого, светловолосого парня.

— Простите, я не думал... Будем знакомы, Луговой...

Люба едва успела одернуть платье и поправить волосы, как в комнату вошел начальник экспедиции Кузин. Он с удивлением посмотрел на Лугового, Малинину, обвел серыми глазами преображенную комнату.

— Вы ко мне, товарищ Луговой? В экспедицию? — спросил он с тем же удивленным выражением на худом, плоском лице.

Луговой ответил и поздоровался.

— Людмила Иннокентьевна передает вам привет. Просила сказать, что дети здоровы... Что она едет в Балаково.

Кузин побагровел и вдруг клюнул птичьим носом в сторону Малининой:

— А вы?

Малинина представилась.

— Не знаю, товарищи, куда я вас дену... Для вас у меня нет должностей.

Кузин бросил портфель на стол и словно только в эту минуту увидел, что на нем нет груды бумаг.

— Кто это... кто хозяйничал здесь? — спросил он.

— Мы, товарищ начальник! — ответил из-за спины завхоз Пономаренко и бесстрашно вышел вперед. — Бумаги в ящике все, в порядке...

— Всегда вы делаете то, что вас не просят. Выдайте лучше палатки приехавшим... Товарищ Луговой, приходите ко мне через час, вместе со всеми. На совещание.

Малинина подняла на Кузина взгляд, словно напоминая о своем существовании.