Эти было его условием, когда давал согласие работать на Организацию, из членов которой знал только Полищука. В списке убитых им были киллеры, насильники, садисты, беспредельщики-отморозки и прочая мразь. А он чем лучше? Виктор прекрасно осознавал, что если проколется как, к примеру, этот Свинец, его ждет та же участь. Он поймал себя на том, что стоит перед Риком и смотрит сквозь него в пространство. Медленно его глаза поймали взгляд ризеншнауцера. Глаза собаки были полны печали. Знакомый взгляд… Ну где же он все-таки видел его? Это давно не давало покоя.

Дома Виктор выпил стакан водки, а вовсе не кефира, съел пару бутербродов, накормил Рика и отправился спать. Четвероногий друг примостился на полу рядом с кроватью.

***

Когда в доме смолкли все звуки, пес тихо встал, беззвучно обнажая острые зубы. Человек спал на спине, широко раскинув руки в стороны.

Его горло открыто, доступно и беззащитно. На шее в спокойном ритме бьется жилка, пропуская кровь в нужном организму направлении. Собака осторожно, как в замедленных съемках, раскрыла пасть и надвинула на горло ничего не подозревающего хозяина. Оставалось сдавить челюсти, вонзая клыки в мягкую плоть. Секунды стекали слюной на шею спящего.

Наконец, как бы в раздумье, Рик отодвинулся от человека и, неспешно цокая когтями по паркету, удалился в другую комнату. Через пять минут он спал. Что ему снилось? Да и видят ли вообще собаки сны?

***

Виктор проснулся около одиннадцати утра. Болела голова. Он достал из холодильника недопитую бутылку водки, плеснул в стакан.

Алкоголь — катализатор воспоминаний. И светлых, и грустных. Виктор закрыл глаза. Пять лет назад у него было много шапочных знакомых и случайных приятелей. Настоящий друг был один — Ричард. Столь экзотическое для России имя он получил в честь прадеда, выходца из Англии. Только с Ричардом не нужно было притворяться, с полуслова и полу-жеста они понимали друг друга.