Но мистер Гросбюргер, наверно, ухватил общую идею? Мистер Гросбюргер сказал, что ухватил. Пока он постепенно приходил в себя, его инстинкт делового человека проснулся и подсказал ему, что перед ним действительно тот редкий случай в жизни, который нельзя упустить. Все воротилы парфюмерного бизнеса продали бы душу дьяволу за такую возможность улучшить свой товар. К черту все эти "Утренние лепестки", "Вечерние ветерки" и "Лесную свежесть!" Обладая новым препаратом, "Диана Мармион" учинит такой разгром своих соперников - всяких там Шанелей, Кристиан Диоров, Хеленстайнов и прочих бастионов благовония, что от них камня на камне не останется!

- Мы должны добавить это к какому-нибудь "знойному" аромату, чему-нибудь "страстному". Надо будет заказать художнику дизайн специального флакона - ведь это деньги, молодой человек, огромные деньги и слава! Конечно, сначала будут трудности со сбытом, но хорошая реклама... Да, кстати: как мы назовем новые духи? М-мм... Ага, придумал: "Соблазн"!

- А не будет ли это того... слишком фривольно, так сказать? - спросил Майкл.

- Нисколько, особенно если написать по-французски и произносить на французский манер "Seduction". Уж доверьтесь мне, молодой человек, я в этих делах собаку съел. Скажите, а нельзя ли получать препарат еще и в виде порошка, чтобы можно было, например, добавлять его в пудру для лица? Подумайте об этом.

Затем они занялись составлением контракта - мистер Гросбюргер не любил откладывать дела в долгий ящик.

Час спустя весьма довольный мистер Элтон вышел из кабинета еще более довольного мистера Гросбюргера. Проходя мимо стола мисс Бойль, он предусмотрительно задержал дыхание и мило улыбнулся своей невольной помощнице. Но она этого даже не заметила. Мисс Бойль была занята страшно трудным, но не лишенным приятности делом: она пыталась держать в узде несколько обступивших ее молодых людей с явными признаками телячьей влюбленности на лицах.