Ни людей, ни собак, ни птиц. Ни солнца, ни луны, ни звезд. Серые безотрадные небеса над ущельями улиц. Если что и шевелится в тенях, то лишь эфемерные порождения тревожного ожидания. Все как будто знакомо – и все необратимо изменилось.

На тротуарах бесчисленное количество одежды, наручных часов, коронок, обуви, ключей, сумок, ремней, шляп и платков. Значит, живых ему не встретить. Он приговорил их всех. Капризы памяти убивают – и это ЕГО память. Но почему нет хотя бы тех, чьи лица он отчетливо помнил?

Автомобили замерли, застигнутые в движении и запечатленные на неуничтожимой пленке. Правда, бесследно стерты те, кто в них находился. Никого не видно и в магазинах, хотя они открыты и витрины озарены потускневшим светом.

Все остановилось в один момент. Он догадывался, что это был момент его смерти, момент, когда он навсегда выскользнул из того мира, а мир остался, как застывший гипсовый слепок, как мумия, спеленутая его последним взглядом. Да, он избежал хищной хватки, но какой ценой! Вдобавок он еще не заплатил. И расплата будет долгой.

Его охватило завораживающее ощущение, что он один на всей планете. И один во вселенной. Теперь это стало очевидной истиной. При жизни она была кое-как замаскирована под шестью миллиардами лиц. А тут не осталось даже масок. Один. Агасфер, переждавший гибель человечества и даже самого проклинающего бога. И обманувший самого себя. Что же дальше? Он и прежде задавал бессмысленные вопросы.