После этого Тхан уже не имел шанса уцелеть ни в одном уголке Занкара. Во все века и во всех мирах полицейские (гвардейцы, королевские стражники) звереют, когда убивают их сослуживцев. Альфен не мог рассчитывать даже на арест с последующей судебной комедией — его застрелили бы прежде, чем он успеет поднять руки.

Тем не менее, до бегства с Занкара, Тхан успел совершить еще одно преступление, на этот раз не прошедшее по уголовным хроникам.

У него не было выбора. Воздушные и морские порты с Занкара были надежно перекрыты гвардией. Случай подвернулся нечаянно. Вице-премьер коалиционного (якобы) правительства в очередной раз проворовался, и в наказание был лишен президентом государственной охраны.

Машину вице-президента Тхан знал не только из передач занкарского телевидения: однажды он "удостоился чести" организовать прием государственного мужа в стенах Университета. А память его никогда не подводила.

Остановил автомобиль в центре столицы Тхан самым примитивным способом: придав лицу выражение ужаса, стал жестами показывать водителю на бампер автомобиля. Находясь в разуме, белведы на такое не способны. Должно было случиться что-то действительно ужасное, чтобы их чувства прорвались наружу. Водитель мог изменить ход истории, останови автомобиль чуть раньше. Его подвела привычка ездить с охраной.

Тормоза взвизгнули у самых ног Альфена. Водитель выскочил из-за руля. В ту же секунду Альфен оказался рядом. От холода его ножа у водителя заледенел левый бок и пропал голос. Уже в салоне автомобиля Тхан доходчиво объяснил, чему эквивалентны 200 грамм взрывчатки, после чего ему не в чем было упрекнуть водителя.

Альфен спокойно улегся на пол перед задним сиденьем. Машина была не только длинная, но и широкая, так что неудобства были терпимыми.

В назначенный час рядом с водителем оказался временно опальный вице-премьер. Он был вороват, но умен, вопросы задавал практические, и голос его не дрожал по-комариному, насколько эта фраза может быть переведена на язык уан.