Откуда-то взялись какие-то роящиеся светлые искры, окружившие меня и мою приятельницу облаком, как это делают летом лесные мошки. Приглядевшись, я заметила, что искры разные. Одни, их было больше во внешней сфере, были ясного, изумительно красивого синего цвета, но у меня почему-то вызывали непреодолимое отвращение. Другие, окружившие нас плотным роем, светились нежно-желтым. Я заметила, что синие пытались прорваться к нам сквозь завесу желтых, но это им не удавалось. Пламенных мошек становилось все больше, и скоро я уже не могла рассмотреть того, что было в двух шагах. Откуда-то я знала, что если синие доберутся до нас с Тиной, нам не поздоровится, но ничего поделать не могла и только тупо смотрела то на светящийся рой, то на подругу. Ее тонкое лицо было напряжено, губка закушена, на висках выступили бисеринки пота. Видимо, защита (а я уже поняла, что желтые искры – это наша защита), выставленная Тиной, давалась ей нелегко. Я вспомнила, что, по словам Клэра, его жена была необыкновенно одаренной колдуньей, но очень слабенькой. Поддерживать долго заклятие, требующее большой отдачи энергии, Тине было трудно, а именно это ей и приходилось делать сейчас.

Все кончилось так же неожиданно, как и началось. Синяя пакость взяла и исчезла. Тут же угасли и желтые пылинки, а Тинка прямо-таки осела на мои руки. Я подхватила подругу. Удерживать ее было довольно трудно, но взявшийся невесть откуда Астен легко подхватил эльфийку на руки.

– На этот раз она доигралась! – раньше я ни разу не видела Астена разгневанным, но, надо отдать ему полную справедливость, это ему шло. Обычное мягкое рассеянное выражение исчезло. Идеальные черты обрели завершенность, силу, которой им обычно недоставало. Это был уже не томный красавец, а боец, настоящий мужчина, и я невольно им залюбовалась. Он же был занят лишь Тиной. И это было хорошо и правильно, потому что заглядываться на эльфийских принцев с моей стороны было редкостной глупостью.

2228 год от В.И.Вечер 20-го дня месяца Волка.Таяна.