Теперь было как раз такое время. Он остро чувствовал толпы вокруг, стремящиеся увидеть их. Он ощущал тепло их чувств, а среди них – уколы ненависти. Эта ненависть предназначалась для него, инопланетянина, безобразного существа, незваного гостя, воспользовавшегося их силой, чтобы очутиться здесь, неприятного и опасного чужака. Все чувства чоя были искажены ксенофобией. Рэнд оглянулся, как будто видя ее, и споткнулся на неровном тротуаре. Палатон протянул руку, чтобы поддержать его, и от этого движения бахдар вновь вспыхнул, устремившись к руке – Рэнд чувствовал, будто мощный поток хлынул в пересохшее русло, пропитывая его дно и не замечая, что от этого слабеет он сам.

Палатон шумно вздохнул, почувствовав этот прилив. Он взглянул на Рэнда, и его огромные янтарные глаза засияли от прикосновения к запретной силе. Оно продолжалось всего долю секунды, но за это время Рэнд успел понять, что ощущал теперь и чего лишился его друг. Горло Рэнда сжалось от невозможности помочь пилоту обрести то, что было отнято у него.

Рэнд приоткрыл рот для невольного извинения, но промолчал. Послышался крик, затем пронзительный визг. Где-то рядом загрохотали шаги. Тела чоя вокруг качнулись, и Рэнд почувствовал, как бахдар вновь разгорается в нем. Опасность! Он обхватил руку Палатона и потащил его в сторону, прочь от опасности. На них надвигались три чоя. Рэнд не видел, есть ли у них оружие – главным сейчас было уберечь Палатона.

Палатон вначале застыл на месте, наклонив увенчанную гребнем голову в сторону источника опасности – почти так же, как лось, готовящийся к поединку, – но тяжесть тела Рэнда лишила его равновесия. Рэнд почувствовал, как тело Палатона придавило его. Мысли вихрем закрутились в его голове, настойчиво призывая освободиться. Чоя, преградившие им путь, внезапно резко остановились, как будто наткнувшись на невидимую стену, и вдруг растянулись на тротуаре, как подкошенные. Мгновенно к ним подскочили охранники Йораны. Чоя резко приказала незнакомцам встать.