Фейни свистнула, и ее пеканы понеслись вперед, разойдясь в стороны. Эти существа, должно быть, отличные разведчики, если Фейни полагается на них.

– Далеко ли мы идем? – спросил он, обнаружив, что она без всяких усилий поспевает за его шагами.

– Не знаю. Мои люди не ездят… не ездили, – поправилась она, – далеко. Они рыбачили и работали на полях вдоль реки. С севера приходили Торговцы, позже они чаще приходили с юга. С юга, – повторила она, и тон ее был мрачен. – Да, теперь я думаю, что с юга приходили, чтобы разведать наши слабые места перед набегом. Если бы только я не была далеко…

– Но что ты могла бы сделать? – Сандер был искренне удивлен. Она, кажется, считает, что ее присутствие, вернее отсутствие, решило судьбу поселка. Он не мог в это поверить.

Она посмотрела на него, явно удивленная его вопросом.

– Я обладаю Властью. Моя мысль давала моим людям безопасность. Не было такой опасности, которую я, или Кай, или Кайя не почувствовали бы и не предупредили бы. И когда я с открытой душой слушала волю Великой Луны, я узнала, что смерть пришла к тем, кто в меня верил! Их кровь на моих руках, я должна отомстить, на мне вся тяжесть этого деяния.

– А как ты отомстишь? Ты знаешь нападавших?

– В должное время я раскину камни. – Рука ее двинулась к груди. – И тогда их имена станут ясны. Но сначала я должна найти в городе Прежде такое оружие, которое заставит сотворивших убийство пожалеть, что они родились на свет! – Ее полные губы теперь были жестоко изогнуты, и от взгляда на ее лицо у Сандера похолодело внутри.

Сам он никогда не испытывал такого гнева, даже против Иббита, чтобы пожелать другому смерти. Когда напали Белые, он был слишком мал, чтобы битва произвела на него сильное впечатление, хотя среди жертв была его мать. И потом все его существо было сосредоточено на том, что он мог сделать своими руками. Оружие для него было лишь поводом показать свое мастерство кузнеца. Он редко думал о том, для чего оно используется.