Сказать по-честному, почти каждую ночь в последние несколько месяцев я просыпаюсь в холодном поту. Почему Он молчит? Почему не даст нам знака?

Мы же здесь все такие самонадеянные! Замахнулись на то, что не должно быть подвластно человеку... Церковь сначала яростно сопротивлялась, грозилась предать Проект анафеме, но потом...

оглянулись вокруг и... согласились. Негласно, правда. Посланцы Синода два часа провели с "папой"

за закрытыми дверями, с тех пор стало поспокойнее. А Он все молчит.

Может, и правда - пора?

- Счет - ноль! Запуск!

Я вздрогнул. Тоненько завыли насосы, откачивая из Саркофага хладагент, пахнуло холодом, струйки испаряющегося аргона забили вверх красивыми опадающими фонтанами.

Боже мой, еще немного и Он придет.

Странно, но мы здесь не употребляем всяких модных в прессе наименований. Вроде "Второго Пришествия" или "Снисхождения". Да и Его называем по-другому. Вы, наверняка, наслушались всей этой болтовни, сыты по горло? Эти балаболки с ТВ, кого хочешь, достанут. "Мессия", "Богочеловек", "Спаситель", "От начала сущий"... Нахватались верхов. Небось, даже Библию удосужились пролистать.

Мы зовем Его иначе. Все же где-то в глубине себя мы, наверное, еще не готовы соревноваться с Господом. Ведь тот, что приходил в прошлый раз, был Его Сыном.

Этого сотворили мы, люди. Значит, Он - Сын Человеческий.

И не спрашивайте - как сотворили? Я не знаю, я - простой инженер. Говорят, "папа" Иммануил перерыл все канонические тексты, жизнеописания, апокрифы, программисты месяцами воссоздавали портрет Его личности, а генетическая группа прошла заново все двенадцать колен рода Давидова.

Честно скажу, я не слишком религиозен, мне этого не понять. Просто я знаю, что во-он там, в Саркофаге, лежит Тот, кто принесет в мир Любовь. Или, как говорят наши теоретики, - Благодать.

Аргон сошел, затихли и насосы. На зализанных боках Саркофага переливаются в свете рефлекторов тысячи маленьких капелек.