- Значит, вы не позволите мне продемонстрировать эксперимент?

- Конечно нет, ни при каких обстоятельствах.

- Дайте хотя бы возможность поговорить с этим... кого вы считаете мной - с тем из лаборатории Жироду...

- Лаборатория - святая святых института, и вы прекрасно эиаете об этом, Асперс. Обитель бессмертного гения... Туда имеют право входить только доверенные лаборанты. Как вы когда-то...

- Неужели никого из вас не заинтересует содержание беседы, которая могла бы состояться между мной - допустим, бывшим лаборантом гения - и вашим теперешним гением?

- Не интересует... Кроме того, бессмертного Ноэля Жироду нельзя беспокоить по пустякам.

- Кажется, я начинаю понимать, - пробормотал арестованный. - Каким же я был глупцом... Вы просто боитесь возможного разоблачения. Действительно, если мир узнает, что находится в вашем "святая святых"... Такой "храм науки" придется низвергнуть, и горе его жрецам.

- Мне кажется, можно кончать нашу конференцию, - вежливо сказал профессор Тыызвуд. - Все, что было необходимо, мы выяснили, не так ли, комиссар?

- Да, конечно, - кивнул комиссар, вставая. - Благодарю вас, господин профессор. Благодарю вас, господа. Уведите арестованного, Джонс.

Уже в дверях арестованный резко повернулся и хотел что-то сказать, но полицейский потянул его за скованную руку и увлек за собой. Когда дверь закрылась, профессор Тыызвуд покрутил пальцем у виска и усмехнулся:

- Он, по-видимому, свихнулся еще тогда, когда работал в лаборатории Жироду. Бесполезно продолжать расследование, комиссар. Потребуйте повторную экспертизу, ознакомьте психиатров с нашим мнением и отправьте его туда, где ему следует находиться. Разумеется, нужна строжайшая изоляция... А нам, коллега, - профессор Тыызвуд повернулся в сторону профессора Брики, неподвижно сидевшего в своем кресле, - нам придется усилить контроль за психикой лаборантов, допущенных в лабораторию Жироду.