Комиссар откланялся и вышел.

Профессор Тыызвуд прошелся по кабинету и остановился перед креслом, в котором продолжал восседать профессор Брики.

- А что, собственно, вы все молчите, коллега, - спросил он, наклонившись к самому лицу Брики. - Скажите же хоть что-нибудь.

- Я думаю, - последовал лаконичный ответ.

- Гм, думаете... О чем?

- Это был неудачный эксперимент, Тыызвуд.

- С Ноэлем Жироду? Пожалуй... Он не заслуживает бессмертия.

- Никто из нас не заслуживает, Тыызвуд. Но я не о том. Мы недооценили опасности... Если когда-нибудь возникнет необходимость убедиться, что же, в сущности, находится в электронной и прочей аппаратуре нашей лаборатории... Что? Или, если угодно, кто? Мы не сможем решить такой задачи. И никто никогда не сможет. Мы создали абсолют, которому обязаны верить и... поклоняться.

- Не преувеличивайте, коллега. Аппаратура может быть выключена.

- Но это будет хуже, чем убийство. Кто решится на такое? Авторитет в науке - страшная вещь. Вы можете начать нести невероятную чушь - и все равно вас цитировали и будут цитировать. Хуже того, будут интерпретировать вашу чушь, доискиваться в ней скрытого завуалированного смысла. И что вы думаете, обязательно найдут...

- Но позвольте, коллега... - Профессор Тыызвуд даже побагровел от возмущения.

- Разрешите мне кончить, Тыызвуд. Если пример показался вам неудачным, считайте, что я говорил о себе. Хотя и вы не всегда вещали истину, и Ноэль Жироду - при жизни - тоже. Иное дело теперь. Поместив его в эту лабораторию, мы с вами вознесли его до ранга бессмертного гения. Ну-ка попробуйте опровергнуть что-нибудь из того, что выдает его лаборатория.