С наступлением ночи настроение Джайра не улучшилось, тем более что поделать ничего было нельзя — только ждать утра. Кимбер приготовила ужин, старик разглагольствовал о старых временах и новом мире, о друидах прошлого и о будущем без них. Вот увидите, утверждал он, друиды вернутся. Они снова будут нужны, уж поверьте. Джайр молчал. Он не хотел озвучивать свои мысли насчет друидов и их нужности.

Ночью ему опять снился сон, но на этот раз в нем не было призрака Алланона. Во сне Джайр был уже в крепости Дан–Фи–Аран, шел по сырым и мрачным переходам, в которых безнадежно заблудился, и искал выход. Свистящий голос непонятно откуда шептал ему: «Никогда не выйдешшшь». Его осаждали ужасные твари, но он мог разглядеть только их тени. Чем дольше он бродил там, тем страшнее становилось, и, в конце концов, он тратил все силы только на то, чтобы не закричать.

Потом перед ним открылась дверь, за нею царила непроглядная тьма. Он остановился на пороге, боясь идти дальше. Джайр знал, что если войдет, случится что–то ужасное. Но ничего не мог поделать — сзади сгущались тени, они давили на него, и скоро должны были окутать совсем. И он вошел в комнату — один шаг, два, три — очень осторожно, боясь, что осторожность его не спасет.

К нему протянулась тонкая загорелая рука — он знал, что это рука Кимбер. Он рванулся к ней, плача от благодарности, но что–то сильно ударило его сзади, он споткнулся и полетел в яму. Джайр падал — и не мог спастись, протянутая рука исчезла, его усилия были тщетны. Он падал, ожидая удара, который раздробит его кости и убьет его, и знал, что этот миг все ближе и ближе…

И тут за ним протянулась еще одна рука, крепко схватила, и падение прекратилось.

Он проснулся и резко сел на постели, переводя дыхание и вцепившись в одеяло, которое сбросил с себя, пока метался во сне. Ему потребовалось время, чтобы окончательно проснуться и прийти в себя. Настолько, чтобы не бояться падения. Джайр подтянул колени и положил на них голову. Сон напугал его, он чувствовал себя всеми брошенным.