Когда господин Истомин вошел в гостиную, Лиза тотчас встала и посмотрев на него исподлобья, спросила:
— Где мой муж?
— Ваш муж, деточка… — Задумчивым голосом ответил красивый, импозантный мужчина лет пятидесяти пяти с загорелым лицом и чёрными, волнистыми волосами — Ах, ваш муж. Да-да, это ведь ваш муж, а не совершенно посторонний вам человек. Да, это очень неприятное открытие для меня.
Уже с тревогой в голосе Лиза вскрикнула:
— Где мой Валера? Учтите, его друзья видели вас, вашу машину и ваших людей и если с нами что-нибудь случится, то вы об этом очень сильно пожалеете!
— Ну, вот, вы мне уже угрожаете! — Смеясь воскликнул господин Истомин и строго сказал — Сядьте на диван, девочка, и вы тотчас увидите своего мужа. Угрожать мне совершенно бессмысленное занятие, поскольку я гораздо более могущественный человек, чем вы можете себе это представить.
Вслед за господином Истоминым в гостиную вошли ещё двое темноволосых, загорелых мужчин в чёрных костюмах и подойдя к Лизе слева и справа заставили девушку сесть вместе с ними на диван, отчего она громко крикнула:
— Что вы себе позволяете? Кем бы вы не были, господин Истомин, вы плохо себе представляете, с кем вы связались!
Господин Истомин, стоявший перед Лизой, отошел в сторону и сел в кресло, стоявшее неподалёку, вполоборота к дивану. Он забросил нога на ногу, щёлкнул пальцами и в комнате тотчас погас свет и девушка увидела, что стена напротив неё, оклеенная дорогими обоями, вовсе не стена, а прозрачное стекло и за стеклом в ярко освещённой комнате сидит прикованный к массивному стальному стулу вроде электрического, на котором американцы казнят преступников, её Валерик, а справа и слева от него стоят две массивных, круглых и ребристых, фарфоровых установки с электродами.