— Предупреждены. — Неферт помрачнела.

— Тогда ты не так сообразительна, как кажешься, — воин улыбнулся еще шире.

— Я представляла тебя совсем другим, — ответила Неферт, смущаясь еще больше.

— А каким? — спросил Нахт довольно настойчиво.

— Очень гадким, — честно ответила Неферт, глядя прямо в лицо брату.

— Ну спасибо! — судя по тому, как расхохотался Нахт, это обстоятельство привило его в немалый восторг. — А если раскрыть это понятие, как говаривал в старших классах учитель?

— Тот, который не мог тобой нахвалиться?

— Не думаю, что у старикана были такие намерения.

— Но ведь ты всегда учил уроки, слушался старших, не дерзил, не капризничал, не брал ничего без спросу? Я думала, что ты станешь цитировать «Поучения Ахтоя», которые я терпеть не могу!

— Да я сроду не мог выучить ни одной цитаты! — воскликнул Нахт с искренним отвращением.

— Разве ты не был примерным учеником?

— Разве что на выходки и в отлынивании от уроков.

— Так получается — все они лгали?! — гневно сверкнув глазами, спросила Неферт. — И отец, и мать, и нянька — когда рассказывали о том, каким ты был примерным мальчиком?! И что ты только поэтому сделался таким знаменитым героем?!

На мгновение в лице молодого воина проступило озадаченное выражение, но тут же он вновь рассмеялся — на этот раз — одними глазами.

— Они забыли, — ответил он. — Они просто забыли, как все было на самом деле.

— Разве так бывает? — спросила Неферт негромко.

— Очень часто. — Нахт стал неожиданно серьезным. — Наше прошлое меняется в зависимости от настоящего. Ты понимаешь, змейка?

— Не совсем.

— Я сейчас знаменитый герой и все такое прочее. Значит, — если вспоминать через сейчас, — то тогда я был примерным мальчиком. Воспоминания никогда не бывают неизменными. Ни на что не похоже, о чем это я с тобой разболтался, змейка! Поехали-ка домой!