— Ни в коем случае не хочу! Почему ты об этом спрашиваешь?

— Потому, что ты легко можешь это сделать.

— Я — могу причинить вред Нахту?!

— Именно так и обстоит дело.

— Но — чем?

— Если проболтаешься обо мне — хотя бы самую малость.

— Миура! Уверяю тебя, что если я расскажу о тебе Нахту, то он мне просто-напросто не поверит! Он не поверит ни одному моему слову! Он решит, что я придумываю сказки!

Кошка вновь рассмеялась.

— Миура, почему ты опять смеешься? — воскликнула Неферт с некоторой тревогой. — Скажи, ведь ты умеешь узнавать мои мысли?

— В известной мере — да.

— Ты засмеялась, — тревога Неферт становилась все сильнее, — когда я думала о том, что могу выйти замуж за Нахта! Неужели ты смеялась потому, что он меня не любит?!

— Любит, вне всякого сомнения, хотя это и повергло меня в глубокое изумление. Он очевидно потерял голову. Он тебя любит.

— О, Миура, я знаю, что он любит меня так, как никого и никогда не любил!

— Здесь ты ошибаешься. В том-то и дело, что твоему брату посчастливилось второй раз переживать любовь, какая очень мало кому выпадает единожды.

— Он любил кого-то так, как меня?!

— И так и не так, но на самом деле все же так.

— Я в это не верю!! Я никогда в это не поверю, Миура! — Неферт разрыдалась.

— Если ты не веришь, то отчего это тебя так печалит?

— А кого он любил, Миура?

— Со временем узнаешь.

— А почему не сейчас?

— Сейчас не время.

— А когда же будет это время?

— Полагаю, что скоро. Теперь мы с тобой будем разговаривать чаще. А на сегодня — довольно.

VII

— Нет, Амени, даже не уговаривай! Видно, я всем этим так объелся в свое время, что сейчас кусок нейдет в горло, — голос Нахта далеко разносился в вечерней тьме. Он шел навстречу Неферт вместе с каким-то незнакомым молодым человеком, одетым в красивый сирийский плащ. Самого молодого человека тоже можно было бы назвать красивым — если бы он не шел рядом с Нахтом.