Неферт тихонько вздохнула от страха.
— Ты боишься?
— Нет!
Это тем не менее было правдой: едва ли не все, что исходило от Миуры, на самом деле было черным колодезным провалом. Но и в самый колодец — в день появления Нахта — Неферт не могла не шагнуть.
— Через два исхода твоих песочных часов после полуночи можешь отправляться к беседке. Нахт тебя не услышит.
— Неферт!
— Не-фе-ерт!!
— Неферт!!
Неферт в досаде закусила губу, услышав пронзительно разносившиеся по саду голоса няньки и служанок.
— Неферт, цветочек, где ты? Учитель уже пришел на урок!
— Кажется, тебя зовут? Прощай!
…Уже идя к дому, Неферт вспомнила о том, что так и не спросила Миуру о странном поведении Суб-Арефа.
IX
— Послушай, Нахт, — Неферт спускалась рядом с братом по белой песчаной дорожке, обрывающейся широкими, покрашенными голубой краской деревянными ступенями, нижние из которых уходили в заросшую лотосами воду. Как всегда, когда Нахт был рядом с ней, Неферт казалось, что ее с ног до головы окутывает исходящая от него сила. — А ты когда-нибудь сам видел Царя Царей, сына Амона — да будет он жив, здрав и невредим?
Вопрос этот действительно занимал Неферт, но все же сейчас она задала его с тем, чтобы скрыть смущение. Гуляя с братом, Неферт одинаково опасалась смотреть на беседку над прудом (ведь Нахт мог уловить выражение ее взгляда) и избегать смотреть на нее вообще (ведь это могло показаться Нахту странным)… Через несколько часов у Нахта была назначена в этой беседке тайная встреча. Неферт хотела только одного — чтобы ничто не помешало ей подслушать. Нахт шел рядом с ней — единственный существующий для нее человек, который был ее миром. Не знать чего-либо об этом мире было совершенно невыносимо.