Вконец ошарашенный Умнов, да и проголодавшийся, кстати, начал споро нагружать свой поднос: три стакана с компотом поставил - вишневым, клубничным и черешневым, салатики из помидоров и огурцов. А тут и икорка объявилась - и черная, и красная, и балычок свеженький тоже, порционный, и семужка розовая, нежная, и грибочки соленые, и миножка копченая, невесть как в Краснокитежск заплывшая, а еще редисочка пузатая, лучок зеленый - и все это под компот, под компот, под компот!

А серый змей сзади нашептывал:

- Соляночку рекомендую, отменная соляночка...

И ставить-то некуда, поднос - до отказа, а рядом волшебно второй объявился, на него и встала глубокая гжельская тарелка с солянкой, а из-за прилавка стопудовая краснокитежанка улыбнулась призывно:

- Что предпочтете, Андрей Николаевич: бифштекс по-деревенски, с жареным лучком или осетринку на вертеле? А может, цыпленка-табака вам подать, моло-оденького, ма-асенького?..

- Бифштекс, - сказал Умнов, сглотнув слюну, - Нет, осетринку... Нет, все-таки бифштекс.

- Так можно и то, и то, - шепнул сзади начальник, - средства небось позволяют...

- Средства позволяют, а желудок-то один... Давайте бифштекс.

И получил дымящийся сочнейший кусок мяса, присыпанный золотым лучком, а рядом - картошка фри, прямо из масла выловленная, и огурчик малосольный, и былочки кинзы, укропа, петрушки - ах, мечта!

- Сладкое потом, - серый начальник подтолкнул своим подносом умновские, и они мгновенно очутились перед кассой.

Кассирша в крахмальном кружевном чепчике, нарумяненная и веселая, пальцами по аппарату побегала, рычажок нажала, касса порычала и щелкнула.

- С вас шесть сорок восемь, прошу пожалуйста.

Умнов достал из кармана десятку, протянул кассирше и в секунду получил сдачу, до последней копеечки отсчитанную. А кассирша уже и серому итог подбила:

- И с вас шесть сорок восемь, Василь Денисыч.

- Не просчиталась, Лизавета? - усомнился серый. - Я ж на один компот больше взял, чем Андрей Николаевич, а цену одну говоришь.