Он на­чал со стра­хом ис­кать да­ту. Ма­лень­кие чер­ные циф­ры заплясали пе­ред гла­за­ми – га­зе­та ока­за­лась за двад­ца­тое июня. Но се­год­ня дол­ж­но быть вось­мое, нет, де­вя­тое июня, на­ча­ло его от­пус­ка.

Он когда– то чи­тал, что иног­да для ра­зоб­ла­че­ния прес­туп­ни­ка пе­ча­та­ют фаль­ши­вые га­зе­ты, обыч­но пер­вую стра­ни­цу. Дро­жа­щи­ми ру­ка­ми Дев­лин пе­ре­вер­нул пер­вую стра­ни­цу и взгля­нул на да­ту. Во рту пе­ре­сох­ло. Уча­щен­но ды­ша, он прос­мат­ри­вал стра­ни­цу за стра­ни­цей. На всех сто­яло од­но чис­ло – двад­ца­тое июня, все­го на два дня рань­ше воз­в­ра­ще­ния «Ка­риб­с­кой кра­са­ви­цы» в Май­ами.

Газета вы­па­ла из дро­жа­щих рук. Все сом­не­ния ис­чез­ли. Се­год­ня двад­ца­тое июня. С тех пор, как он дол­жен был под­нять­ся на борт «Ка­риб­с­кой кра­са­ви­цы», прош­ло поч­ти две не­де­ли. В чер­ной без­д­не ока­за­лись не два-три ча­са, а две­над­цать дней. Это объ­яс­ня­ло и гряз­ную одеж­ду, и неб­ри­тый под­бо­ро­док.

Но раз­ве воз­мож­но, да­же при та­ком ко­ли­чес­т­ве вы­пи­то­го, ос­та­вать­ся в бес­соз­на­тель­ном сос­то­янии две­над­цать дней? О бо­же, что же про­изош­ло? Об­х­ва­тив ру­ка­ми го­ло­ву, Дев­лин зас­то­нал.

Неожиданно раз­дал­ся прон­зи­тель­ный те­ле­фон­ный зво­нок, от ко­то­ро­го, ка­за­лось, вот-вот рас­ко­лет­ся че­реп, а ба­ра­бан­ные пе­ре­пон­ки лоп­нут. Во­ло­сы Ар­ту­ра под­ня­лись ды­бом. Он с ужа­сом ус­та­вил­ся на ви­ся­щий на сте­не ста­ро­мод­ный ап­па­рат. Как толь­ко звон­ки прек­ра­ти­лись, Дев­лин на нес­коль­ко се­кунд ус­по­ко­ил­ся. Но, над­ры­ва­ясь, те­ле­фон заз­во­нил вновь. Ес­ли Ар­тур не сни­ма­ет труб­ку, те­ле­фон бу­дет зво­нить до тех пор, по­ка со­се­ди не прос­нут­ся и не най­дут его, си­дя­ще­го ря­дом с уби­тым че­ло­ве­ком.