Я не заметил, что, когда загорелся свет, и все стояли в проходе, одна из девушек осталась на своем месте – блондинка, которая спрашивала о Лиззи Борден.
Она сидела, неестественно наклонившись вперед, свесив руки со спинки кресла предыдущего ряда. Из ее лопатки торчала рукоятка ножа, и даже издалека я понял, что она мертва.
– И подумать только, что сейчас я не на службе, – горестно обратился я к Мефисто, но так как он ничего не ответил, я решил, что фокусник потерял голос или сознание от неожиданности. Тем временем, в зале две или три девушки упали в обморок, и мне показалось, что их примеру готовы последовать остальные. Я повернулся, чтобы убедиться в присутствии Мефисто.
Знаменитый фокусник исчез, не оставив следа. Отсутствовал даже запах серы…
3
– Это вы, шериф? – буркнул я в телефонную трубку. – Жаль, что вас не было, получили бы массу удовольствия.
– Сеанс уже закончен?
– Нет, я бы даже сказал, что он еще и не начинался.
– Ну, что ж, тем лучше для тебя, Уиллер, – радушно проговорил он. – Наверное хорошо повеселился. А как изошло выступление?
– Полностью сорвано. В середине номера иллюзиониста погас свет, и темнотой кто-то подло воспользовался для того…
– Уиллер, – сухо проронил Лоэрс. – Я тебя предупреждаю, что если ты прижал в темном углу одну из этих девиц, то…
– Подло воспользовался этим, – повторил я, – чтобы зарезать одну из этих девиц.
– Что!?
– Ножом в спину. И этого простить нельзя.
Молчание шерифа длилось добрых пять минут.
– Ты пьян, – наконец решил Лоэрс.
– Я??? Я трезв, как шериф.
– Боюсь, Уиллер, что у нас с тобой разное чувство юмора. Ты действительно не шутишь?
– Я говорю совершенно серьезно.
– Кто нанес удар?
– Это произошло в темноте, – устало ответил я. – Она сидела в зале вместе с другими соученицами и всем персоналом. Но никто не остался на своем месте. Когда загорелся свет, все зрители находились в проходах, что дает нам шестьдесят подозреваемых, не считая тех, кто, пользуясь темнотой, мог проникнуть в помещение.