Тихон забрался под купол и вздохнул облегченно: техника кондиционирования тарелки действовала безупречно.

- Вот, видишь, где мы? - Пашка ткнул пальцем в глобус. - Точка вот... видишь?

- Ты мне скажи, откуда она взялась? Не было ведь никаких точек?

- Знаю, что не было.

Пашку разморило на солнышке. Он зевал и клевал носом.

- Так откуда?

- Заказал я. Понимаешь, заказал... Она так может, - поведя рукой, пояснил Павел.

- Ерунду говорит какую-то...

- Чего ты... - сонно сопротивлялся Пашка. - Ерунду, сразу. Я и клавиши заказал. Эта вверх, думаю, тогда эта - вниз, думаю.

- А в лоб какая будет, ты не думаешь? - взъярился Тихон. - Он, понимаешь, заказывает и молчит!

- Да не знал я... Не знал! Думаю, ну как мы определяться будем? Хоть бы точка, там, где мы... А она - раз и появилась. И про клавиши сразу понял.

Пашка принялся вращать глобус.

- Что-то тут речек много, Тихон... Которая наша? Поставить надо хоть приблизительно.

Точка плясала где-то в верховьях Лены.

- Уйди, троглодит!

Тихон, полагаясь на чутье, повращал глобус, подведя под точку то место, где должен был находиться Сосновск.

- Давай... - отстраняясь от пульта, сказал он. - Раз ты такой любимец марсиан.

Ускорение, в который раз за сегодняшний день, навалилось на плечи ребят, и пустыня оказалась далеко внизу.

3

Над слякотными грачевскими улицами, ныряя и раскачиваясь, беззвучно плыл неопознанный летающий объект, проще говоря, летающая тарелка. И именно бесшумность транспортного средства вывела из себя бдительных дворняг.

Метнулась в подворотню, заливаясь лаем, первая. Глухо забрехала спросонья другая. Вскоре вся деревня была заполнена разноголосым воем и лаем. Захлопали двери домов. В темноте послышались голоса.

- И с чего это они, черт их дери? - спросил первый.

- Сам не пойму, - ответил второй.