— А уж не ты ли?

— Помилуй, царь-батюшка! — Данилка упал на колени и разрыдался пуще прежнего. — Не я это, точно не я!.. Прихожу я, это, значит, а там… эта, короче… нету ковра, в общем. Я и…

— Замолчи! — рявкнул царь неожиданно. — Надо не стенать, а действовать. Ну, кто согласен отправиться на поиски небольшого, но очень дорогого ковра-самолета?..

Желающих не нашлось. И что это за ковер такой, что его даже искать никто не хочет?

— Я готов! — вдруг выдвинулся вперед начальник милиции Леонтий Коржев, но царь Горох недовольно буркнул:

— Никогда. Даже и не проси. Я больше не доверяю тебе после того случая. Следующий! Димитрий, может, ты хочешь?

Но Демьян неожиданно поднырнул к седлу, вскочил на коня и гаркнул, уже издалека:

— Простите, царь-батюшка, у меня срочные, неотложные дела!

Струсил. Вот уж от кого я не ожидал.

— Станислав, не съездить ли тебе?..

Но Степка вдруг схватился за якобы сломанную ногу и демонстративно застонал:

— Ой, больно… не могу, царь-батюшка, ножку сломал вчера, ходить не могу…

И этот струсил. Да что это с ними? И тогда я решился. И вскрикнул из-под петли:

— Я хочу!

Царь Горох посмотрел на меня, как на круглого идиота.

— А ты, грязное исчадие тьмы, молчи! Лучше скажи свое последнее желание.

Эшафот тем временем потихоньку задымился: кто-то из толпы бросил в меня горящую спичку и не попал. Скоро уже языки пламени лизали подножие эшафота. В этот роковой момент мне пришла в голову идея:

— Мое последнее желание служить царю и Отечеству!

Горох опешил.

— Небось хочешь его отыскать да втихую прикарманить? — подозрительно сощурился он.

— Да нет же, вернуть его обратно!

Однако, моя одежда уже задымилась и затрещала. Я снял ее и кинул в пламя. Царь резко хватанул со зла по поручню кресла, но я уже провалился во тьму…