у висков они уже были тронуты сединой. Отец не верил в Бога, не исповедовал иудаизма или чего-то в этом роде, хотя старался сохранять тесные связи со своими соплеменниками. Я унаследовал его вероотступничество. Что касается матери, то она прожила недолго, видимо, поэтому я и не стал убежденным католиком. Впрочем, для Рэйгена я был полноценным ирландцем.

- Хорошо, - сказал я, пожав плечами. - Я обеспечу тебе надежную охрану. Но если Синдикат захочет до тебя добраться, то, боюсь, он добьется своего. Ты сам знаешь, кому противостоишь.

- Если они убьют меня, - сказал он, прищурив глаза, - то другой Рэйген придет на мое место.

- Твой сын Джим? Он слегка кивнул.

Я не считал, что Рэйген-младший обладает такими же качествами, как и его отец, однако я лишь сказал:

- А что, если и с Джимом это случится?

- У меня двое сыновей.

- Стоит ли это таких жертв?

- Пока еще никто не одернул этих вонючих недоносков. Если я "покажу им зубы", им придется прижать хвост.

- Ты действительно так думаешь?

- Пусть они попытаются организовать свою информационную систему. Им никогда не удастся выдать продукт такого качества, какой выдаю я, а поэтому им ничего не останется, как отвязаться от меня. Я узнал, что они подслушивают наши телефоны, пытаются перехватить нашу информацию, и подал на них в суд!

"Господи, - подумал я. - Неужели этот парень действительно думает, что суд - это то место, где он сможет победить Синдикат?"

Но его словно прорвало:

- Среди букмекеров нашлось несколько выродков, которые готовы платить обеим информационным службам и позволять людям из шайки Аль Капоне обдирать себя. Если им хочется платить дважды, это их дело...

В представлении большинства решиться на противостояние Синдикату могли лишь самоубийцы или безумцы. Однако Рэйген достаточно мирно сосуществовал с Синдикатом многие годы; несмотря на ругань по адресу "недоносков", он был в хороших отношениях с Гузиком и дружил с Деном Серителлой, долгое время занимавшим кресло сенатора и связанным дружескими узами с шайкой Капоне.