— Никому не нужны такие «товарищи». — Он надул с презрением губы.

— Вставай проклятьем заклейменный… — начал петь коммунист, бросая перепуганные взгляды по сторонам, но Семен ловко сделал ему трахеотомию штыком и пение прекратилось.

— А этого за что? — Вендрович вопросительно посмотрел на Юзефа Паченко.

— Осведомитель из КПЗУ — проверил Паченко по полученному от командира листку.

Очередное тело затрепыхалось на веревке как рыбка на крючке и затихло.

— Сейчас у нас веревка кончится — проворчал Семен. — Может оставшихся дорежем саблей?

— Предателей вешают.

— Но в Библии написано: «Побеждай зло добром», а железо добрая вещь — возразил казак.

— Добрая веревка тоже хорошо — Якуб не понял.

— Если не хватит веревки, используем по второму разу — предложил Юзеф, пересчитывая взглядом уже повешенных клиентов. — Отцепи тех первых, или как…

— Давай оставшихся и смываемся.

Чуть позже все коммунисты висели на импровизированной виселице.

Якуб вытащил банку с краской и кисточку, а потом на одежде каждого висельника нарисовал большую черную свастику.

— Когда их найдут, на фрицев подумают — сказал удовлетворенно. — Русские развешали плакаты, что в наших лесах немцы скрываются, а это значит, что они сами в это верят… И пожалуйста, какое прекрасное подтверждение их теорий…

И все трое весело рассмеялись.

Юрген приказал обойти село большим крюком.

До сих пор они прошли примерно восемь километров. Все пока шло как по маслу.

— Тут есть старый кирпичный завод — шепнул он?. — Там можно немного отдохнуть. И может даже напиться воды, там был насос. Стараясь не шуметь, они подбежали к стене.

Командир выглянул из-за угла.