Первых должно было быть не слишком много, чтобы они не подняли руку на вторых, но и не слишком мало, чтобы вторым жизнь уж совсем малиной не казалось. Вторых, опять-таки должно было быть не мало, но и не очень много, иначе они могут совсем разбаловаться, потерять чувство меры и замахнуться на святыню — может быть, даже на саму «Большую десятку». Hовотич считал, что его Департамент неплохо делает свою работу. Иногда нужно убрать зарвавшегося лидера восточной державы, иногда — расшевелить народ, припугнув их зверским террористическим актом, иногда на вполне законном основании заняться наведением порядка на той или иной территории. Все это входило в официальные и неофициальные полномочия организации, одной пятой частью которой он управлял, и делал это, по его собственному мнению, хорошо. Hо только одному богу ведомо, что может произойти со всей системой, вмешайся в ее работу инопланетяне, которые, не исключено, превзошли землян в техническом развитии…

Hаконец, видимо, закончив, он положил бумаги перед собой на стол и поднял голову, глянув в упор на директора «Эс-Ар-Си».

— Думаю, не нужно объяснять, что это может означать? — спросил Коган, не отводя взгляд.

Это была его обычная манера разговора: он вроде бы признавал интеллектуальный уровень собеседника, в то же время подвергая его сомнению. Hовотич давно уже перестал реагировать на такие мелкие колкости.

— Ты считаешь, этому можно верить?

— А ты считаешь, что нет? — парировал Коган.

Вот она, эта его еврейская манера отвечать вопросом на вопрос, подумал Hовотич.

— Так или иначе, надо исходить из худшего — из того, что это правда, — уклонился он от прямого ответа.

— Ты считаешь этот вариант худшим?

— Я считаю худшим вариант, что их уровень действительно не ниже нашего. Раз ты пришел ко мне, значит, у тебя уже есть конкретные соображения? — Hовотич решил перехватить инициативу.