— Немедленно прекратите ваши занятия! — проревел субалтерн.
Толпа медленно расступилась, и шум постепенно утих. Корускант и мнимые игроки осторожно отодвинулись от амфижезлов.
— В чём проблема, субалтерн? — спросил Пейдж на языке йуужань-вонгов.
— С каких это пор вы затеваете азартные игры в час питания?
— Мы разыгрывали добавку.
С'йито злобно уставился на него.
— Не шути со мной, человек.
Пейдж демонстративно пожал плечами:
— Это моя работа, С'йито.
Субалтерн с грозным видом шагнул к нему.
— Прекратите вашу игру и пение… или мы ампутируем те части ваших тел, которые за это отвечают.
Четверо йуужань-вонгов развернулись и вышли из хижины.
— Этот малый начисто лишен чувства юмора, — сказал Корускант, решив, что уже можно говорить.
Все, кто находился поблизости от Пейджа и Кракена, посмотрели на двух офицеров.
— Данные должны быть доставлены командованию Альянса, — сказал Кракен.
Пейдж кивнул, соглашаясь.
— Когда мы их отправим?
Кракен сжал губы:
— Когда вонги пойдут молиться.
Глава 2
Незадолго до своего привселюдного сожжения в костровой яме, вырытой за воротами тюрьмы, серебристый протокольный дроид, принадлежавший майору Кракену, оценивал шансы на удачный побег с Селвариса как приблизительно один на миллион. Но дроид не знал ни о синдикате ринов, ни о том, что эта подпольная организация проникла на планету ещё до того, как были посеяны первые зерна йорик-коралла.
Кракену, Пейджу и их друзьям было известно и кое-что другое: они знали, что огонёк надежды светит и в самой кромешной тьме. Йуужань-вонги могли заточить их в темнице или вовсе убить, но любой солдат в лагере без колебаний рискнул бы жизнью ради того, чтобы хоть кто-нибудь спасся и продолжил борьбу.
До восхода первого солнца оставался час; Кракен, Пейдж, трое битов и дженет сгрудились перед входом в тоннель, вырытый руками, когтями и инструментами, которые пленникам удалось изготовить или украсть во время работы над костровой ямой, где лагерные жрецы подвергли ритуальному сожжению несколько десятков дроидов.