Никто не спал, многие не смыкали глаз всю ночь. Все молча сидели на связках ветвей и травы, служивших им постелями, и мысленно желали удачи отважной четвёрке, которая шла на заведомо безнадёжное дело. Возле двери поставили часовых. Царил полумрак, воздух был прохладным и приятным. Снаружи, за стеной, оглушительно чирикали и стрекотали всякие лесные твари.

— Никто не передумал? — шёпотом спросил Кракен.

— Нет, сэр, — хором ответили все четверо.

Кракен угрюмо кивнул.

— Да пребудет Сила со всеми вами, — сказал Пейдж, обращаясь к собравшимся.

Узкий вход в тоннель был спрятан под постелью Кракена из пальмовых ветвей, объеденных насекомыми. За этим передвижным «люком» уходила в кромешную тьму вырытая вручную шахта. Секретный ход начали копать ещё первые заключённые Селвариса, и уже много месяцев его продолжали рыть и расширять всё новые группы военнопленных. Пройденное расстояние часто измерялось считанными сантиметрами — например, когда копатели натыкались на глыбу йорик-коралла, пустившего корни в песчаном грунте. Но к этому времени тоннель уже миновал лагерную стену вместе с колючим поясом сеналаков и выходил на поверхность где-то среди далеких деревьев.

Первым в дыру полез костлявый дженет; мех на его лице был испачкан золой. После того, как за ним последовали трое битов, лаз опять закрыли и замаскировали.

Стало темно, хоть глаз выколи.

Негласный лидер беглецов, дженет, был взят в плен при Билбринджи, во время рейда на вражескую верфь. Друзья знали его под именем Торш, хотя на его родной планете Гарбан к этому имени прибавляли бы список его достижений и проступков. Разведка была его профессией, так что он чувствовал себя комфортно в темноте и стеснённом пространстве; ему уже доводилось проникать в йуужань-вонгские катакомбы и грашалы на Дуро, Джиндайне и других планетах, так что здесь он чувствовал себя как дома. Битам было труднее из-за их габаритов, но они обладали хорошей координацией, а их память и обоняние могли посоперничать с его собственными.