- Затуши свой окурок, этот запах чую я, а копы вычислят нас и подавно.

   Катрин послушно давит окурок сапогом, и мы спускаемся по ступеням. Дом молчит, лишь за бетонными стенами отдаленно, кричащим и бьющим гулом слышится музыка "Асфальтированного Рая". Танцполы содрогаются от скоростных битов, сейчас популярна другая мелодия, мелодия этого мира, мелодия "Нокса"; но у меня в кармане, в плеере Depeche Mode, музыка 90-х, музыка из другого мира, когда было разрешено взять только одну вещь...

*

   Она заходит в бакалейную лавку, смотрит на полки и присматривается к ценам. Ее интересует рыба. Она устала, и не может больше оглядываться в страхе, что ее загребут копы. В руках сумка, в кармане деньги. И ее интересует рыба. Гребаная еда из полуфабрикатов, вызывает у нее отвращение, и она ест ее, лишь для того, чтобы не умереть с голоду.

   - Здравствуйте госпожа Урсула, я оставил для вас то, что вы просили.

   Продавец вытягивается по стойке смирно и своими остекленевшими глазами смотрит на посетителя. За стеллажами с продуктами его хорошо видно: высокий, худой блондин, с татуировкой на руке. Черный иероглиф похожий на человека, который расставил руки в стороны и тянется к небу. Его расшифровки продавец не знает. Глупый пацан.

   - Хотя вы слишком поздно ходите, в это время магазины закрываются. Копы не любят, когда кто-то шляется в комендантский час, - вежливо, как для последнего посетителя говорит продавец.

   - Я учту, мистер! - лаконично отвечает Урсула, и раскрывает сумку. Туда падает рыба с противным звуком мертвого тела, и оседает на дно. Пять огромных рыбин оказываются в сумке, и их тяжесть невольно опускает руки женщины вниз.

   - Четыре килограмма госпожа Урсула! Именно той рыбы с той самой реки. Не самое лучшее место для ловли, но желание клиента - закон.