– Да, вы не сразу обнаружите изменения. Но необходимо обратить свои взоры вниз и ждать дальнейших проявлений на земле.

– Каких именно?

– Этого я не знаю. Но если он будет следовать заведенному им порядку, то следующего шага нужно ждать здесь, на земле. И когда он соберется с силами...

– Значит, он еще действует не в полную силу...

– Чтобы действовать в полную силу, ему необходимо время. К тому же, играя с длиной дня, он преследует какую-то цель – это его обычный метод.

– Значит, еще не в полную силу, – сказал Билл мягко, чувствуя себя совершенно подавленным. – Боже мой, если то, о чем вы говорите, – правда, если он способен задерживать восход солнца, когда действует еще не в полную силу, что же он натворит, когда станет всесильным!

Глэкен обернулся и пронзил Билла взглядом своих глубоко посаженных голубых глаз.

– Все что угодно. Все,что ему заблагорассудится.

– Ник сказал, что задержка восхода солнца – вещь невозможная, – промямлил Билл, хватаясь за последнюю соломинку. – Это противоречит физическим законам.

– Нам нужно забыть и о физических, и любых других законах. Законы создали мы, чтобы придать смысл нашему существованию и объяснить окружающую нас Вселенную. Сейчас их нужно отбросить. Такие понятия, как физика, химия, гравитация, время, в конце концов сведутся к бесполезным, лишенным всякого смысла формулам. Часть законов уже утратила смысл после сегодняшнего восхода солнца. Еще многие последуют за ними и уйдут в небытие. Сегодня утром мы начали движение к миру, лишенному времени и законов.

Из спальни донесся старушечий голос:

– Гленнн, Гленнн, где ты?

– Иду, Магда, – ответил Глэкен, понизив голос и сжав руку Билла. – Вряд ли мы сможем его остановить – разве что задержать.

Билл собрал всю свою волю, чтобы ответить, чтобы стряхнуть с себя охватившие его оцепенение и апатию. Никогда еще он не был в таком мрачном настроении.

– Каким образом? Можем ли мы надеяться противостоять силе, способной приостановить восход солнца?