Нет, решил он наконец, маска ему не так уж и поможет. Три десятилетия вне родного города, время достаточно долгое, а у него не такая заметная внешность, и он не столь известен, чтобы его узнали. Он поднял ладонь в отказе, и Регис, после еще одной неудачной попытки, пожал своими маленькими плечами, и отложил маску.

Дриззт ушел, не сказав больше ни слова. Еще было далеко до зари; факелы на верхних уровнях Митрилового Зала почти догорели, и только немногие дварфы не спали. Вокруг была лишь тишина, и ощущение покоя.

Тонкие пальцы темного эльфа легкими, беззвучными движениями прошлись по деревянной двери. Он не хотел беспокоить ту, что находилась за ней, хотя и сомневался, что сон ее будет спокоен. Каждую ночь Дриззту хотелось помочь, успокоить ее, но он знал, что его слова едва ли облегчат боль Кэтти-бри. Как и много раз до того – недремлющий, но беспомощный страж – стоял он сейчас перед этой дверью, в конце концов он направился дальше по коридору, мягким бесшумным шагом, через танцующие тени факелов.

Лишь ненадолго задержавшись перед другой дверью, дверью самого дорогого его друга среди дварфов, Дриззт покинул жилую зону. Путь привел его в места официальных церемоний, где король Митрилового Зала принимал посещавших его посланников. Несколько дварфов – вероятно, отряд Дагны – находились там, но тихие шаги дроу они не услышали.

Дриззт вновь остановился, когда подошел ко входу в Зал Думатона, где дварфы клана Баттлхаммера держали самые драгоценные из своих вещей. Он знал, что должен идти, пока не начал пробуждаться клан, но не мог сопротивляться велениям своего сердца. Он ни разу не приходил в это священное место за последние две недели, с той самой поры как была отбита атака его родичей – дроу, но знал, что никогда не простит себя, если по крайней мере не заглянет сюда.

Огромный молот, Эйджис-фанг, лежал на подставке в самом центре зала, на самом почетном месте. Это было правильно, и для глаз Дриззта Эйджис-фанг был куда более впечатляющ, чем все остальное – сияющие доспехи, топоры и шлемы давно умерших героев, наковальня легендарного кузнеца. Дриззт усмехнулся при мысли о том, что этим молотом никогда не владел ни один дварф. Это было оружие Вулфгара, друга Дриззта, отдавшего свою жизнь чтобы спасти своих друзей.