Все — сомнений нет. Через мгновение тот тип, рядом с Сойфером, разрядит в него пистолет. Так глупо выпирающий из-под смокинга. Явно маузер. Дальше тянуть нельзя. Коротко извинившись, я уверенно иду прямо к столу Сойфера. Он как чуял, заметил меня ещё метров за пять до своего стола и судорожно прижал шкатулку к груди. Тип за соседним столом начал медленно тянуть ствол из-за пазухи. Выстрел люггера на фоне тихой ресторанной музыки эпохи барокко и невнятного бормотания публики прозвучал вызывающе. Тип обмяк за столом. Белая манишка вмиг стала темной от крови из аккуратной дырочки во лбу. А стена красной от размозженного затылка.

Сойферу — бутылкой по темечку, большего не заслуживает. Шкатулка у меня в руках, жаль, я не могу её уничтожить здесь, придется тащить, заботиться. А тип был не один. Несмотря на сутолоку и панику среди ресторанной публики выделяются человек шесть в разных местах зала. Вкладываю все силы в рывок к двери «Servizio». Быстрее, быстрее! Вот он, кураж погони, вернее ухода от нее. Стало получаться все! Даже никому не нужный, но такой эффектный толчок ногой от декоративной колонны, позволивший мне резко изменить направление движения. Ещё один толчок, несколько выстрелов в кратком полете. Все — погони нет. Лабиринты грузового отсека пролетаю на одном дыхании. Вот он, люк выхода, точнее, вылаза, в авиетку. Как все-таки хорошо придумано — бугель аппарата управляется не из капитанской рубки, а прямо из моей кабины. Как Соня оказалась здесь раньше меня? На пассажирском месте?

Тарахтящий звук отжимаемого рычага, авиетка отпадает от кабины несущего ее гиганта.