— Понимаю, сэр, этот отряд охраняет оазис от разбойничьих набегов.

— Ну, говоря между нами, мы держим в Куркуре отряд не потому, что боимся набегов. Там и грабить-то нечего. Вашим делом будет перехватывать посланных. Им приходится заходить в оазис для того, чтобы запастись водой. Хотя вы только что приехали в Египет, но, наверное, знаете положение дел. Число недовольных англичанами громадно. Калиф это тоже знает и, конечно, поддерживает сношения со своими здешними сторонниками. И опять-таки вот здесь, — начальник указал папиросой на запад Куркура, — живет Сенусси. Нет, ничего мудреного, если человек, посланный калифом к Сенусси, должен будет зайти в Куркур. Ваша обязанность — забирать всех, кто вам попадается. Прежде, чем отпустить арестованных, расспрашивайте их как можно обстоятельнее. Вы по-арабски не умеете говорить?

— Нет, но я изучаю этот язык, сэр.

— Вот и отлично. У вас там будет много времени для изучения арабского языка. Кроме того, у вас в распоряжении будет офицер из туземцев. Зовут его Али или что-то в этом роде. Он говорит по-английски и будет служить вам переводчиком. До свиданья. Я доложу генералу, что вы представлялись. Отправляйтесь в Куркур как можно скорее.

Джойсу пришлось ехать до Балиани по железной дороге, а оттуда он пробрался на почтовом пароходе до Ассуана. Далее ему пришлось путешествовать два дня верхом на верблюде по Ливийской пустыне в сопровождении абабдехского проводника. Сзади шли три верблюда с багажом.

Утомительно было это путешествие, совершавшееся медленно — по две с половиной мили в час.

На третий вечер в темных горах, вдали, показался оазис.

Это и был Джебел-Куркур.

Иларий Джойс устремил свой взор на эту далекую группу пальм. Это зеленое пятнышко на общем безрадостном, черно-желтом фоне показалось ему необычайно красивым.

Час спустя он уже въезжал в маленький лагерь. Часовой отдал ему честь, а младший офицер из туземцев приветствовал его на прекраснейшем английском языке.