- Что? - недовольно откликнулся сын. - Какой Ольге Степановне?

- Как какой? Из Севастополя. Она мне всегда такие тёплые письма пишет и такие остроумные. А я не знаю, что бы такое ей написать. Придумай мне что-нибудь.

- Мама, но у меня же работа... - умоляюще протянул Мельников.

- А ты мне скажи, и всё. И дальше работай. Я сама напишу. А то я ей уже целый месяц не писала.

Пётр Сергеевич прикусил губу и стал сочинять письмо Ольге Степановне.

Через полчаса он наконец вернулся к работе и дописал прерванную фразу до конца. Правда, за это время из неё что-то выскочило, и она получилась корявой и нескладной. Подумав, Мельников зачеркнул её и принялся за новую. Левая бровь писателя нервно подёргивалась.

Когда телефон зазвонил опять, Пётр Сергеевич крепился очень долго, но на двенадцатом звонке не выдержал и снял трубку.

- Привет, - обрадованно закричал в самое ухо приятель, - чего это тебя давно не слышно? Где пропадаешь?

- Да вот, рассказ пишу, - сдержанно сообщил Мельников. - Никак закончить не могу...

- Это оттого, что устал, наверно. Ты отвлекись немножко, отдохни, и дело лучше пойдёт. А кстати, стишок пока напиши для собственного развлечения.

- Какой ещё стишок? - побледнел сатирик, и ему стало нехорошо.

- Детский. Понимаешь, иду сегодня на день рождения к племяннице, ну и хочу сюрприз ей сделать. Ты сочини там что-нибудь.

- Но, слушай... я же не детский поэт. Я не сумею... и вообще...

- Да ну, пустяки! Напиши там, дескать, поздравляю, учись хорошенько, папу с мамой слушай! Да что мне тебя учить, ты же писатель. Я бы сам написал, но у меня это много времени займёт, а мне сейчас некогда ужасно!

- Ты извини, но... мне тоже очень некогда. Рассказ надо закончить. Я обещал завтра утром занести в редакцию.

- Успеешь, до утра ещё почти сутки! Особенно-то можешь не стараться - так, чтобы складно только было, ну и смешно немножко.