Проводник сбрасывает газ, и машина с потушенными фарами осторожно сползает с проселка, вваливается в кювет, вылезает из него и, пофыркивая двигателем, вламывается в кусты. Потом двигатель затихает, гаснут подфарники и голос Проводника произносит во тьме:
— Быстрее. Ползком за мной. Головы не поднимать, мешок держи вот так, слева. Не бойтесь, они нас не видят. Если кого зацепит, — не орать, не метаться: увидят — убьют. Ползи назад, выбирайся на шоссе. Утром подберут. Все ясно?
— Я бы хлебнул… — тихонько говорит Писатель.
— Уймись, запойный… Пошли.
ПЕРЕД ПОХОДОМ
Темный неосвещенный туннель. Поблескивают рельсы в пляшущем свете электрического фонаря. Троица взгромождается на узкую платформу электродрезины. Синяя искра на мгновение с треском озаряет сырой свод. Мимо проплывает лампочка, горящая вполнакала.
— Как красиво, — говорит Писатель. — Темнота и ничего не видно… А вы в самом деле профессор?
— Да.
— Меня зовут… — начинает Писатель, но Проводник прерывает его:
— Тебя зовут Писатель.
— Гм… — говорит Профессор — А меня как, в таком случае?
— А тебя — Профессор, — отвечает Проводник.
— Меня зовут Профессор, и я профессор.
— Польщен, — говорит Писатель. — Значит, я — писатель, и меня, естественно, все зовут почему-то Писатель. Представляете, как неудобно?
— Известный писатель?
— Нет. Модный.
— И о чем же вы пишете?
— Да как вам сказать… В основном, о читателях. Ни о чем другом они читать не хотят.
— По-моему, они правы, — замечает Профессор, — Ни о чем другом и писать, наверное, не стоит.
— Они не говеем правы. Писать вообще не стоит. Ни о чем. А вы — химик?