– Хиг сдался, – сказал Посох.

И это означало, что поединок окончен и Нэк может покинуть круг как победитель. По правилам, победителем считался тот, кто дольше оставался в кругу, вне зависимости от того, что до этого в кругу происходило, потому что попадались хитрецы, которые пользовались полученными ранами или симулировали их, используя ситуацию в свою пользу или, несмотря на раны, продолжали биться еще яростней.

Нэк почувствовал, что его сейчас вырвет. Пошатываясь, он вышел из круга. Разрубленный живот Хига все еще стоял перед его глазами и Нэк ненавидел себя за то, что это было делом его рук. Рвота подкатила к его горлу, Нэк зажал рот, жидкость пошла носом. Теперь, когда дело было сделано, он понял, почему его отец всегда с такой осторожностью относился к поединкам в кругу.

Меч – это не игрушка, а поединок – не игра.

Нэк беспомощно оглянулся в поисках Нэми.

– Какой ужас! – прошептала она.

Но она не винила его. В вопросах особой важности она никогда не пыталась спорить с братом.

– Но думаю, ты выиграл. Теперь ты мужчина. Вот возьми, я принесла это для тебя из хижины.

Девочка подала Нэку золотой браслет, символ мужественности.

Нэк со слезами пал на сестрину грудь.

– Браслет не стоил того, – сквозь всхлипы простонал он.

Чуть погодя Нэми вытерла его лицо платком, и Нэк надел на руку браслет.

К счастью, Хиг не умер, и торжество не было испорчено. Старания все-таки того стоили. Хига отвезли в больницу к ненормальным и там, по слухам, он скоро поправится. Нэк принялся повсюду расхаживать с бесценным браслетом на левом запястье, с гордостью ощущая приятную тяжесть золота на руке, принимая поздравления соседей и друзей и ощущая себя настоящим мужчиной. Особую благодарность он получил от Нэми, которая призналась, что интрижка с выскочкой Хигом совсем ее не прельщала, и она была даже отчасти рада тому, что с этой стороны все расстроилось. А своего посвящения в женщины она может подождать – и даже несколько недель , если будет нужно!