— Э-э… Ничего. Откуда вы взяли, что он должен что-то обо мне знать?

— Уж не хотите ли вы меня уверить, что видели его у ручья и что он расплатился за прокат машины?

— Да, я солгала вам. Сознаюсь, а теперь оставьте меня в покое.

— Мне хотелось бы получить от вас положенную мне долю милостей. Может быть, я и негодяй, но ваша красота…

— Теперь я понимаю, за кого вы меня принимаете. Вы поедете дальше или нет?

— К чему нам торопиться? Я надеюсь, что мы с вами столкуемся. У вас такие дивные ноги…

Я перешел к более решительным действиям, но она оттолкнула меня, одернула юбку и в конце концов залепила мне пощечину.

— Что ж, я же не совсем умалишенный, я все понял. Считаю, что звать на помощь полицию нет смысла.

Я нажал на газ, и мы снова покатили. До самого города она не произнесла ни слова и сидела в уголке, теребя носовой платок…

Когда мы приближались к городу, мы заметили, что там творится что-то неладное. К небу поднимался черный столб дыма. Что-то горело.

Вскоре нас обогнала машина дорожной полиции. Я нажал на акселератор и последовал за ней.

Горел ресторан, расположенный неподалеку от ткацкой фабрики. Дым вместе с языками пламени вырывался изо всех его окон и дверей. По всей улице извивались толстые белые шланги пожарников. Некоторые из них пытались проникнуть в горящее здание со шлангами, из которых били струи воды.

Я хотел проехать мимо, чтобы хорошенько все рассмотреть, но дежурный полицейский ткнул своей палочкой в сторону переулка, показывая, чтобы я свернул и не создавал пробки.

Вскоре мы выехали на Кайн-стрит, на улицу, где размещался банк. Улица была почти пустынна. Почти весь городок побежал к месту пожара — или помогать его тушить, или просто поглазеть на редкое зрелище.

Когда мы вернулись в автопарк, Харшоу был в конторе один. Я бросил взгляд на мисс Гарнер, но она не смотрела в мою сторону. Она была уверена, что я все выложу мистеру Харшоу, но гордость не позволяла ей обратиться ко мне с просьбой сохранить все в тайне. Мне даже стало жалко ее, и я устыдился своего поведения.