- Воняет?

- В известном смысле - очень. Чтобы отбить запах, добавляют особые дезодоранты. Пока что драконий пластилин в восемь раз дороже обычного.

- Профессор, а что вы скажете о покушении на дракона? Ученый почесал ухо, свисавшее у него над губами.

- Если бы оно удалось, то, во-первых, мы имели бы эпидемию. Представляете себе испарения, идущие от такой дохлой туши? Во-вторых- крах банков. Развал монетарной системы. Короче говоря, катастрофа, господин чужеземец. Ужасная катастрофа.

- Но ведь его присутствие дает о себе знать, не так ли? Говоря попросту- оно в высшей степени неприятно?

- Что значит неприятно? - изрек с философским спокойствием драконовед. - Постдраконовый кризис был бы еще неприятнее! Учтите, пожалуйста, что мы не только кормим его, но и проводим с ним внегастрономическую работу. Стараемся смягчить его нрав, удержать его в определенных границах. Это - программа так называемого одомашнивания, или умиротворения. В последнее время ему дают большое количество сладостей. Он это любит.

- Сомневаюсь, чтобы его нрав стал от этого слаще, - буркнул я.

- Однако экспорт кондитерских изделий возрос вчетверо. Ну, и следует помнить о деятельности КРДП.

- Что это такое?

- Комитет Регулирования Драконьих Последствий. Он дает работу выпускникам университетов и колледжей. Дракона следует познавать, исследовать, время от времени- лечить; прежде у нас был избыток медиков, а теперь каждому молодому врачу работа обеспечена.

- Ну хорошо, - сказал я без особой убежденности. - Но ведь все это экспорт филантропии. Почему бы вам не заняться филантропией непосредственно у себя?

- Как вы это понимаете?

- Ну... вы ведь тратите на дракона кучу денег!

- И что же - раздавать их гражданам просто так? Это противоречит основам любого хозяйствования! Вы, я вижу, полный профан в экономике. Кредиты, обслуживающие драконий экспорт, разогревают конъюнктуру. Благодаря им растет товарооборот...