— А ты как думаешь? — хмыкнул рыжий.

— Оборотни мы, — пробурчал чернявый. — Я — пес, он — кот.

— А чего раньше не оборачивались? — удивилась девушка.

Оборотни не были редкостью, но в родной деревеньке не жили, да и в округе встречались нечасто. Винке довелось как-то увидеть одного на ярмарке в дальнем большом селении. Здоровенный мужик за деньги оборачивался медведем. Правда, он сидел в палатке на цепи и был одет в мешковатые штаны, хотя и изрядно потрепанные во время превращений, но все же прикрывавшие, что следовало. А эти двое… Предстали во всей красе…

— Осинка поколдовала, — объяснил, ничуть не смущаясь наготы, Вьюн. — Веселая бабенка, пошутить любит, ворожить умеет. Взяла и наложила заклятье, чтобы мы без ее ведома не могли перекинуться. Видать, боится нашего общества лишиться. Сказала, если выполним какое-то неизвестное условие, сможем опять по собственному желанию оборачиваться.

— И какое же условие?

Винка потихоньку, незаметно, как ей казалось, пробиралась к кровати, отчаянно желая одеться. В голову, будто нарочно, лезли мысли о кошачьих и песьих ласках и купаниях на озере.

— А мы знаем? Сказал же: не-из-вест-но-е. Я попробовал тебя потискать — вроде помогло, — похабно ухмыльнулся кошак.

— У тебя одно на уме, — проворчал чернявый. — Условием наверняка было, чтоб мы всерьез сцепились, — он провел кончиками пальцев по носу, где темнели несколько царапин.

— Ну, заклятие с вас сошло, а как же я теперь тут с вами буду?.. — выдавила девушка.

— Веселее прежнего! — заверил Вьюн. — Не боись: человечиной не питаемся. Жизни научим, и отправляйся домой. Господину из замка, как я понял, порченые девки не нужны.

Девушка сжалась в комочек и снова тихонько заскулила. Дрозд, на лице которого появилось сочувственное выражение, двинулся было к ней, но она испуганно попятилась в угол, и он остановился.