– Нельзя нам как-нибудь, – возразил котенок. – Время ведь, время!

Пока он перебирался на другою сторону седла, вытягивал из сумки фляжку и заливал первачом – а потом и зализывал, – небольшую, но крайне болезненную рану на копыте Пупыря, умудрившегося проткнуть его случайным дорожным гвоздем аж до крови, – времени и впрямь прошло немало. Толстопузик очень спешил. Но чем больше он спешил, тем больше ему казалось, что им не успеть, особенно учитывая то, что до замка оставалось еще отнюдь не мало лиг.

Неожиданно над его головой раздалось мягкое шипение, и громадная тень вдруг закрыла солнце.

– Привет, старик, – услышал котенок мягкий рокочущий голос и скорее оторвался от копыта, – что это ты?

– Гвоздь, – мрачно ответствовал Пупырь. – А нам скорее надо.

– Скорее?

Подняв голову, Толстопузик с восторгом увидел обладателя огромной тени. То был Шон, величественный золотой дракон, друг и наперсник господина барона! Он сидел посреди дороги, сложив крылья за спиной, и с некоторым недоумением разглядывал котенка, оказывающего первую помощь могучему боевому коню.

– И куда это вы так спешите? – осведомился дракон.

– Господин дракон, – затараторил котенок, уже ощущающий, как за спиной у него также вырастают крылья – крылья удачи, – нам срочно нужно в замок, к господину барону. Меня послал мой учитель, Жирохвост. У нас беда на границе.

– Жирохвост? – дугой пошла бровь дракона. – Он неглуп… что же там, малыш?

– С юга идут братья-мытари. Учитель говорит…

– Мытари?! – взревел Шон. – Знаю я сие поганое братство, видал аж лично. И ты – молчишь? Немедленно ко мне, Пупырь и сам дошкандыбает. Не побоишься?

– Нет, господин дракон! – восторженно взвизгнул Толстопузик.

– Тогда – сюда! – и огромный дракон, протянув к нему левую руку, правой указал на раструб обтягивающей ее широкой пилотской перчатки.

Мигнув горестному Пупырю, котенок вскарабкался по ладони Шона и забрался в широкий кожаный конус. Поерзав, он устроился там поудобнее и храбро отрапортовал: