– А что же тогда было основными?

– Несмотря на неплохо разработанный преступником план, их огромное количество. Едва начав осматривать место аварии, мне сразу же бросилось в глаза, что погибший никак не мог во время аварии сидеть на месте водителя, его перетащили туда потом.

– Почему? – почесал затылок Ивар Блумс.

– Ну, во-первых, вся передняя часть салона автомобиля засыпана осколками разбившегося лобового стекла, а вот ни в волосах покойного, ни на его костюме не было видно ни одного осколка. Во-вторых, ты заметил, как был смят пиджак выпрыгнувшего из автомобиля племянника Куна? Нет?.. А я заметил. В верхней части спины, в районе лопаток.

– Постойте, а это какое имеет значение для нашего расследования?

– А такое, что ездить на машинах ты, Ивар, любишь, а вот наблюдательностью не отличаешься. Дело в том, что у пассажира в основном мнется нижняя часть пиджака, а у водителя верхняя, в районе лопаток, так как ему все время приходится крутить руками баранку автомобиля. Ну, и, в-третьих, и это было самой главной уликой. Помнишь, я попросил тебя попробовать открыть дверцу со стороны пассажира?

– Да, она не открывалась. А дверца со стороны водителя, наоборот, была открыта и ее невозможно было закрыть.

– Все правильно. В каком же гениальном плане можно было предвидеть, что корпус автомобиля после аварии поведет, дверцы заклинит, и их невозможно будет ни открыть, ни закрыть.

– А дверцы здесь при чем?

– А при том, что, выпрыгивая на полной скорости из машины, человек просто не успевает закрыть за собой дверцу. Теперь понятно?

– Вы хотите сказать, что раз дверца открыта со стороны водителя, значит, выпрыгивал из машины на ходу не пассажир, а человек, сидевший за рулем?